Г.А. Зюганов: В мире идет борьба за три главных ресурса - энергетический, финансовый и информационный
- Информация о материале
- Автор: Пресс-служба Якутского рескома КПРФ
- Категория: В России
Г.А. Зюганов: В мире идет борьба за три главных ресурса -
энергетический, финансовый и информационный
14 августа лидер КПРФ Г.А. Зюганов встретился с молодыми представителями политических, общественных, научных и деловых кругов США.
В ходе встречи лидер КПРФ изложил свой взгляд на события, происходящие сегодня на планете. Обращаясь к американским гостям, Г.А. Зюганов отметил, что на Земле проживает 7 млрд. человек, и каждому четвертому не хватает стакана чистой воды и куска свежего хлеба. Использована уже половина мировых энергетических ресурсов.
«Кризис, начавшийся на Уолл-стрит 5 лет назад, охватил 200 стран, - продолжил Геннадий Андреевич, - и никто не знает, как из него выбираться».
Г.А. Зюганов подчеркнул, что если будет продолжена та же либеральная политика, которую американцы навязывали миру в послевоенный период, все закончится большой дракой и кровью. По мнению лидера КПРФ, необходимо урезать аппетиты монополий и повысить социальную роль государства.
Геннадий Андреевич напомнил, что, хотя система СССР – США была крайне конфронтационной, но в то же время она являлась абсолютно предсказуемой. Достаточно было провести переговоры между Москвой и Вашингтоном, чтобы отрегулировать сложнейшие процессы на планете.
Сегодня, отметил Г.А. Зюганов, возникла новая система, в которой слишком много неизвестных. Китай занял место СССР, а через 5-7 лет обгонит Америку. В Индии проживает 1 млрд. 200 миллионов человек, и население продолжает стремительно расти. На подходе к ведущим странам Бразилия и целый ряд других государств. Поэтому систему с десятью неизвестными сбалансировать крайне сложно.
«Человечество стоит перед новым выбором, и если он не будет сделан, наш ждет большая катастрофа», - подчеркнул лидер российских коммунистов.
Г.А. Зюганов также рассказал, что фракция КПРФ в Государственной Думе подготовила целый ряд законопроектов по важнейшим вопросам жизни страны. Они направлены на обеспечение доступной медицины, качественного образования, на поддержку науки и высокотехнологичных отраслей экономики. Геннадий Андреевич подчеркнул, что страна, больше других вложившая в эти ресурсы, обеспечит себе мировое лидерство.
Г.А. Зюганов выразил надежду, что молодое поколение американцев будет глубже задумываться над стоящими перед человечеством проблемами. И опыт России здесь также будет полезен.
* * *
В ходе встречи лидер КПРФ ответил на вопросы ее участников. В том числе, он поделился своим видением роли и места СМИ в современном обществе. По словам Г.А. Зюганова, сегодня в мире идет борьба за три главных ресурса: энергетический, финансовый и информационный. «Моя страна из 1000 лет своей истории 700 лет провела в боях и походах, - рассказал лидер КПРФ. – И почти всегда нам удавалось одерживать победы. Советский Союз вместе с союзниками спас мир от фашизма. Но мы не выдержали информационно-психологического удара лживых микрофонов и телекамер. В результате, наш умный и образованный народ поверил, что Горбачев искренне хочет осуществить перестройку, а Ельцин – реформы. Хотя на самом деле Горбачев оказался предателем, а Ельцин – пьяницей и бездельником».
«Сегодня средства массовой информации из любого, самого достойного человека могут сделать мартышку, и наоборот, - заметил Геннадий Андреевич. – Поэтому я считаю, что информационная власть важнее исполнительной и судебной вместе взятых».
«Я выступаю за свободу слова, но при этом за высокую ответственность СМИ», - подчеркнул лидер КПРФ.
* * *
Во встрече приняли участие член Президиума, секретарь ЦК КПРФ Л.И. Калашников и руководитель аппарата фракции КПРФ в Государственной Думе Н.А. Останина. Гостям из США были вручены программные документы Компартии на английском языке.
Иллюстрации к материалу:
Рейтинг Путина опускается все ниже
- Информация о материале
- Автор: Пресс-служба Якутского рескома КПРФ
- Категория: В России
Рейтинг Путина опускается все ниже
Власти отходят от обещаний провести честные выборы?
- Информация о материале
- Автор: Пресс-служба Якутского рескома КПРФ
- Категория: В России
Власти отходят от обещаний
провести честные выборы?
Устранить проблемы оборонной промышленности за полгода невозможно
- Информация о материале
- Автор: Пресс-служба Якутского рескома КПРФ
- Категория: В России
Устранить проблемы оборонной промышленности за полгода невозможно |
 |
 |
| Автор: Г.А. ЗЮГАНОВ. Председатель ЦК КПРФ. | |
| Г.А. ЗЮГАНОВ. Председатель ЦК КПРФ.
Просмотров: 677
Интервью Председателя ЦК КПРФ Г.А. ЗЮГАНОВА — Геннадий Андреевич! Недавно президент Путин провёл совещание по перспективам развития Военно-морского флота (ВМФ) и обеспечения его вооружением и военной техникой. Почему президент вдруг стал уделять повышенное внимание проблемам безопасности России? Ведь ещё недавно Вооружённые силы и военно-промышленный комплекс (ВПК) подвергались безжалостным «реформам», которые свели обороноспособность России практически к нулю.
— КПРФ и наша фракция в Государственной думе уже многие годы с начала 1990-х настойчиво пытались привлечь внимание руководства страны к неизбежным тяжёлым последствиям развала Вооружённых сил и ВПК. Однако нас не только не хотели слушать, но и вполне сознательно продолжали разрушать могучие Сухопутные войска, ВВС и ВМФ, доставшиеся России по наследству от СССР, а заодно ещё более высокими темпами гробили и ВПК. В этом нет ничего удивительного. Ведь внешней и экономической политикой тогда заправляли деятели типа Егора Гайдара и Андрея Козырева, откровенно действовавших в интересах Запада. Сейчас положение несколько изменилось. Внешняя политика начинает защищать национальные интересы России. Трагическая смерть Муамара Каддафи показала российским руководителям, что добрые отношения с западными лидерами — отнюдь не гарантия их личной безопасности. Но тут обнаруживается, что мускулы РФ ослаблены до предела. Мы фактически лишились такого мощного внешнеполитического инструмента, как Военно-морской флот. Который год полыхают «арабские вёсны» в Северной Африке и на Ближнем Востоке, а у нас в Средиземном море до последнего времени не было ни одного боевого корабля. На фоне острейшего конфликта в Сирии заговорили о возрождении российской Средиземноморской эскадры. Да не тут-то было! Оказалось, что для этого нужно собрать боеспособные корабли со всех четырёх флотов России. А что останется на этих флотах для выполнения их задач? Нет ни корабельного состава, ни экипажей. Боевые корабли океанской да и прибрежной зоны не строили уже два десятилетия. Судовой состав сильно обветшал. Доходит до того, что крупные корабли выходят в океан только в сопровождении буксиров, ибо нет никакой уверенности, что они смогут самостоятельно вернуться назад. Между тем быстро превращается в важнейший центр мировой политики Азиатско-Тихоокеанский регион. Там масса противоречий, которые решаются, в том числе и с помощью военно-морских сил. А наш Тихоокеанский флот находится, мягко говоря, в ослабленном состоянии. Усиливается противоборство в Арктике. На шельфе Северного Ледовитого океана обнаружены огромные запасы нефти и газа. Растёт интерес многих стран к использованию Северного морского пути как кратчайшего маршрута из Европы в Азию. Конкуренция обостряется. Но наш Северный флот уже не в состоянии обеспечивать «борьбу на двух фронтах»: на традиционном — в Атлантике и на новом — в Арктике. Вот наконец и задумались «премудрые мужи» в Кремле о состоянии российского флота. Как говорится, «пока гром не грянет, мужик не перекрестится». Но это только часть проблемы. Дело в том, что США упорно продолжают создавать систему противоракетной обороны (ПРО) на своей территории и в Европе. Имеется в виду обеспечить уничтожение наших межконтинентальных баллистических ракет (МБР), способных на ответно-встречный удар после ядерной атаки США. Совершенно ясно, что под прикрытием уверений о ненаправленности системы ПРО против России дело энергично идёт к тому, что США смогут (хотя бы и в дальней перспективе) нейтрализовать наши Ракетные войска стратегического назначения. С таянием льдов в Арктике американские надводные корабли получили возможность проводить операции вблизи побережья России. В том числе они могут дислоцировать там эсминцы, оснащённые системой ПРО типа «Иджис», которые способны перехватывать наши МБР. А ударные атомные подводные лодки (АПЛ) типа «Вирджиния» с 154 крылатыми ракетами дальностью до 3 тыс. км могут одним-двумя залпами уничтожить важнейшие объекты управления и энергообеспечения да ещё и обстреливать предприятия ВПК в ключевых регионах страны. А у нас на Севере системы противовоздушной и противолодочной обороны почти полностью разрушены. — Конечно, всё это повышает значение ВМФ в целом и морских стратегических ядерных сил в частности. Но, насколько известно, они тоже находятся в плачевном состоянии. — По сути дела, реально боеготовы лишь несколько ракетных подводных крейсеров стратегического назначения (РПК СН) проекта 667 БДРМ. Гордость нашего Военно-морского флота — самые мощные в мире РПК СН проекта 941 «Тайфун» пущены под нож якобы по причине нехватки средств для их содержания. Многие РПК СН других проектов, которые могли бы ещё послужить России, выведены из боевого состава ВМФ по той же причине. В начале 2000-х был сделан упор на некие чудо-АПЛ под ракету «Булава». Под этот замысел отодвинули в сторону и почти погубили легендарный Государственный ракетный центр имени академика Макеева (КБ имени Макеева), который много десятилетий занимался ракетами с подводным стартом. Вместо надёжнейшей «макеевской» РСМ-54 («Синева»), которую западные эксперты называют шедевром морского ракетостроения, нам предложили кота в мешке под названием «Булава». Я с большим уважением отношусь к Институту теплотехники, который разрабатывал «Булаву». У него заслуженная слава в создании ракет наземного базирования, таких, как семейство «Тополь». С таким же уважением отношусь к предприятиям и организациям, которые участвуют в создании «Булавы», но весьма критично оцениваю тех, кто принимал решение отнять заказ на разработку ракеты с подводным стартом у всемирно признанного КБ имени Макеева и передать этот проект сугубо «сухопутному» НИИ. Это была ошибка или нечто другое? «Булава» ещё толком не летает. А под неё начали, да никак не закончат строить целую серию РПК СН. Как результат, у нас сегодня нет ни «Булавы», ни лодок под эту ракету. Государственная дума по этому поводу безмолвствует. Думаю, что конгресс США в подобной ситуации не оставил бы безнаказанными тех, кто допустил такое преступное ослабление стратегических ядерных сил. У нас сейчас модно искать «друзей Запада» в разнообразных неправительственных организациях. Они там явно есть. Но не грех было бы поискать таковых и среди тех, кто принимает решения по стратегическим вопросам развития оборонных отраслей. А ведь есть ещё и такие серьёзнейшие проблемы, как обеспечение боевой устойчивости наших РПК СН. Для этого нужны мощный надводный флот, система противовоздушной обороны баз подводных лодок, мощная морская, в том числе противолодочная, авиация, надёжная береговая инфраструктура, система подготовки кадров. Например, мы лишились уникального центра подготовки экипажей атомных подводных лодок в Палдиски (Эстония). У меня нет уверенности в том, что потерю этого центра удалось компенсировать. — На совещании президент привычно требовал «устранить», «повысить», «улучшить», а также призывал «развивать и модернизировать». Например, В.В. Путин заявил, что в этом году должны быть сданы три атомные подводные лодки «Александр Невский», «Владимир Мономах» и «Северодвинск». Можно ли надеяться, что очередная накачка возымеет эффект? — Эффект, разумеется, возымеет. Но сугубо пропагандистский: мол, говорим о повышении обороноспособности страны. Однако создание АПЛ — это прежде всего работа десятков тысяч учёных, конструкторов, инженеров, технологов, рабочих. В этом процессе задействованы сотни предприятий-смежников. Между тем наша оборонная промышленность, которая два десятилетия находилась на голодном пайке, несмотря на немалые вливания последних нескольких лет, по-прежнему пребывает в глубочайшем кризисе. Кадровый и технический провал, который начался с момента разрушения СССР, невозможно преодолеть в одночасье даже указом президента. И как преодолеть, если классный инженер или высококвалифицированный токарь, работающий на обеспечение обороноспособности страны, получает заработную плату меньше, чем охранник в банке, и в десятки раз меньше, чем какой-нибудь топ-менеджер?! Да и опытных рабочих с инженерами в ВПК — некогда гордости отечественной промышленности — теперь уже почти не осталось. В бескормицу 1990-х годов большинство из них подались в челноки, в охранники, в мелкий бизнес. Они давно утратили квалификацию, да и заработки в той же торговле по-прежнему выше, чем в «оборонке». Разрушена преемственность поколений. Старые мастера уходят, а передавать опыт и знания некому. Молодёжь в «оборонку» не идёт не только из-за низкой зарплаты, но ещё и из-за отсутствия необходимой квалификации. Ведь система профтех- училищ, которые готовили рабочих для ВПК, практически ликвидирована. А новый закон об образовании добивает эту систему окончательно. Вот и ищут высококвалифицированных сварщиков для создания тех же АПЛ уже не только в бывших республиках СССР, но и в дальнем зарубежье. Дожили! Одновременно прекращена подготовка инженеров и техников по ряду специальностей, в которых остро нуждается ВПК. А уж о состоянии прикладной науки, которая работает непосредственно на оборону, и говорить не приходится. Недавно президент РАН академик Фортов горестно сообщил, что отраслевая наука практически уничтожена. А ведь создавать современные системы оружия можно и нужно только на основе последних научных достижений. Но даже если бы были рабочие и инженеры соответствующей квалификации, работать им не на чем. Давно устарел станочный парк «оборонки», который не обновлялся с начала 1990-х годов. Да и само отечественное станкостроение разрушено. А современных, новейших станков наши западные «партнёры» нам не продадут ни за какие деньги. Есть и ещё одна малоизвестная проблема, которая оказывает самое негативное воздействие на перевооружение нашей армии и флота. Дело в том, что немалая часть стратегических предприятий приватизирована. Частный собственник, разумеется, печётся о своей прибыли, а не об обороноспособности страны. Это значит, что он скорее продаст свою продукцию по более высокой цене за границу, в том числе и в страны НАТО, нежели нищему отечественному ВПК. При этом значительная часть таких предприятий с помощью разнообразных схем, в том числе и офшорных, оказалась в иностранной собственности. Многие предприятия эти самые «эффективные собственники» элементарно разграбили, распродали самые современные станки на металлолом, а производственные площади сдают под торговые центры. Так что строить новые, современные боевые корабли (не по отдельным экспортным контрактам, а в массовом порядке для своего ВМФ) некому и не на чем. И ответственность за это несёт нынешнее руководство. 13 лет дремали на печи, а теперь спохватились: оказывается, военный флот пришёл в упадок. Защищать морские рубежи и интересы России в Мировом океане нечем. Огласили амбициозные планы экстренного перевооружения армии и флота. Потом выяснилось, что кавалерийским наскоком такие колоссальные программы, как строительство полноценного океанского флота, не решаются. В «верхах» наконец начали понимать, что при нынешнем состоянии предприятий и острой нехватке кадров реализовать заявленные планы в сжатые сроки вряд ли удастся. Поэтому заговорили о возможности переноса сроков сдачи ряда строящихся кораблей с 2015-го на 2020-е годы. На этом фоне наказ В. Путина за полгода «исправить проблемные вопросы… между военными и промышленностью» выглядит по меньшей мере нереалистичным. Невозможно за полгода восстановить то, что целенаправленно разрушалось более 20 лет. — Но вот президент на этом же совещании заявил, что гособоронзаказ (ГОЗ) на 2013 год сформирован более чем на 85%. Впечатление такое, что это повод для радости. Однако, на наш взгляд, то, что к середине лета 15% ГОЗ ещё не оформлено, должно, наоборот, вызывать чувство тревоги. Разделяете ли вы эту оценку? — Даже с точки зрения элементарного здравого смысла гособоронзаказ должен быть сформирован в самом начале года, а ещё лучше — в конце предыдущего. Наивно полагать, что с подписанием контракта производство сразу же закрутится. Ведь заводам нужно заранее закупить необходимые материалы, оборудование, пригласить нужных специалистов. А при нынешней системе, когда предприятия получают контракты в лучшем случае в середине года, провалы в выполнении гособоронзаказа практически неизбежны. Конечно, на фоне откровенного срыва ГОЗ в 2010 и 2011 годах (когда сердюковская команда в минобороны душила предприятия ВПК нереально низкими ценами) и проблем его исполнения в 2012 году нынешние показатели выглядят довольно оптимистично. Но, к сожалению, больные места отечественного ВПК, порождённые некомпетентностью и вороватостью ряда «ответственных» лиц, продолжают кровоточить с прежней силой. В ценообразовании на продукцию военного назначения по-прежнему путаница. Ведь рыночные механизмы в ВПК действуют совсем по-иному, нежели в гражданской сфере. Не полностью способствует решению проблем ВПК и продавленный группой лоббистов при поддержке «Единой России» и ЛДПР закон о гособоронзаказе. Один из крупных его недостатков в том, что он предусматривает планирование ГОЗ только на трёхлетний период. Хотя цикл создания и производства сложнейших систем вооружения, особенно военно-морских, зачастую превышает 5—7 лет. Но главное: в законе не устранена основная причина системного срыва ГОЗ — возможность для коррупции. Понятно, почему все попытки КПРФ внести поправки, основанные на мнении производственников и учёных, наталкивались на жёсткое сопротивление чиновников. В ближайшие 10 лет на оборонные нужды предполагается потратить 23 триллиона рублей. Ясно, что идёт жёсткая борьба за то, кто будет стоять у руля и распределять эти деньги. — Можно ли всё-таки добиться того, чтобы производственная мощь системы ВПК была восстановлена, чтобы наши армия и флот начали не на словах, а на деле получать самое современное оружие и военную технику? — Конечно, можно! Вот смотрите. Первая советская атомная подводная лодка «Ленинский комсомол» (К-3) была заложена в 1955 году, а всего через три года она вошла в состав ВМФ СССР. И уже через 10 лет, к 1968 году, в боевом строю ВМФ СССР насчитывалось более 50 атомных подводных лодок. В 1967 году в строй ВМФ был зачислен первый РПК СН проекта 667А «Навага» с 16 ракетами РСМ-25, которую Запад тут же окрестил «убийцей городов» и «стирателем континентов». Уже одно появление этой лодки изменило стратегическую ситуацию в мире. И это через 22 года после тяжелейшей, разрушительнейшей войны, которая катком прокатилась по нашей стране. А в нынешней России через 22 года после «победы демократии» с грехом пополам ввели в боевой состав один новый РПК СН. Да и тот пока ещё без оружия! Учитесь, господа, работать у «красных министров»! Нужно заниматься не накачками чиновников, которые действуют, как кот в известной басне Крылова: «А Васька слушает, да ест», а многотрудной систематической, комплексной работой. Надо чётко представлять себе, что создание современных систем оружия, особенно в Военно-морском флоте, возможно только на основе прорывных научных идей и технологий. То есть развитие ВМФ даёт толчок развитию науки и промышленности. А наша «элита» всё смотрит на Запад в надежде получить готовенькими самые последние разработки. Во-первых, их нам никогда не дадут. А во-вторых, мы в ряде технологий ушли далеко вперёд от Запада. Например, закупаем во Франции два вертолётоносца типа «Мистраль». И это при том, что аналогичный десантный корабль «Иван Рогов» (проект 1174) был построен в Калининграде на заводе «Янтарь» ещё в 1978 году. Нужно не пытаться решать в режиме ручного управления отдельные узлы проблем, а заниматься возрождением отечественного машиностроения. Причём комплексно, как это было в годы Советской власти. Но на это, похоже, у нынешней правящей группировки нет ни воли, ни желания, ни умения. Так что и новые сроки — это в расчёте, что через два года про них забудут и можно будет опять с негодованием ругать производственников за то, что они не справляются с величественными планами перевооружения армии и флота. Чтобы выправить положение (а это ещё возможно, пока сохранились советские научные, инженерные и рабочие кадры), надо прежде всего поменять «голову» российской промышленности. Пока музыку будут заказывать «эффективные менеджеры» — финансисты и юристы, мало смыслящие в системах оружия и в организации производства, ожидать коренного перелома не приходится. Во главе ВПК, как это было в советские времена, должны стоять учёные, конструкторы и инженеры. Тогда будет толк! Кстати, с экономикой и финансами они управлялись никак не хуже нынешних топ-менеджеров. А уж размах проектов, в которых были задействованы сотни тысяч людей, был таким, что нынешним вороватым управленцам и не снился. Отдайте «оборонку» компетентным людям, очистите её верхушку от пришлых варягов-коррупционеров, повысьте престиж труда и зарплату учёных, инженеров и рабочих ВПК, и наша оборонная промышленность возродится. Так оно рано или поздно произойдёт. Я в этом твёрдо уверен! |
ОПОЛЧИЛИСЬ МАРОДЕРЫ
- Информация о материале
- Автор: Пресс-служба Якутского рескома КПРФ
- Категория: В России
ОПОЛЧИЛИСЬ МАРОДЕРЫ
РАН — реформа как ликвидация
На вопросы журналиста отвечает Б.М. Кершенгольц, главный научный сотрудник Института биологических проблем криолитозоны СО РАН, профессор, академик Академии наук РС (Я).
Наша беседа началась с выяснения причин, побудивших правительство к сокрушительной реформе академии.
– Я вижу несколько причин, – сказал ученый. – Первая группа причин связана с очень тяжелым положением экономики страны с точки зрения перехода на инновационный путь развития, с теми надеждами, которые возлагало высшее руководство страны на науку в деле научно-технического прогресса, создавая при этом свои явно неконструктивные, можно сказать воровские, структуры типа Роснано, «Сколково» и т.п. Когда весь мир – в первую очередь наши ближайшие соседи Китай и Япония, а также, безусловно, Соединенные Штаты Америки, страны Евросоюза – переходит на принципиально новый уровень развития экономики (а это экономика знаний, высоких технологий и пр.), наша страна чем дальше, тем больше безнадежно отстает от них.
И в этой ситуации представители высшего руководства страны предпринимают, мягко говоря, недальновидные шаги, выискивая «крайнего»: кто же виноват во всё большем отставании страны в научно-техническом прогрессе, кого обличить перед народом – наука подходящий объект.
Вторая группа причин лежит в сфере самой явной коррупции.
Фактор №1 – сверхдорогая, элитная земля, занимаемая институтами Академии наук СССР вдоль Ленинского проспекта и улицы Косыгина в Москве, которую еще в 30-е годы выделил Академии наук СССР Иосиф Сталин. Тогда это была окраина Москвы. Огромные территории, где, например, размещены такие известные учреждения, как Физический институт Академии наук, директором которого был Нобелевский лауреат академик Петр Капица, Институт химической физики – им руководил в свое время Нобелевский лауреат академик Николай Семёнов, – внесшие решающий вклад в реализацию ядерного проекта и других – сегодня оказались в центре Москвы. Ранее предлагалось выселить все институты из Москвы в Подмосковье и там, на бросовых землях, построить новые корпуса. А эта земля в центре должна была отойти бизнесменам.
Можно привести другой пример. Когда Санкт-Петербургом управляла Валентина Матвиенко, был совершен мощный наезд на знаменитый Всероссийский институт растениеводства (ВИР), созданный еще в 20-е годы легендарным Николаем Вавиловым. С чем это было связано? Приглянулись два корпуса этого института, расположенные в самом центре Санкт-Петербурга, на площади Исаакиевского собора. Затем были предприняты попытки захвата земель под Санкт-Петербургом, где ВИР многие десятки лет размещал свои питомники. Это вообще означало бы гибель сельскохозяйственной генетики, растениеводства, семеноводства и т.п. Только благодаря бурной реакции российских генетиков, поднявших всё мировое генетическое сообщество, удалось предотвратить этот наезд (но злоба-то осталась), то есть попытки давления на Российскую академию наук возникали неоднократно.
– Впечатление такое, что законопроект о реформе застал врасплох руководство академии.
– Не только президент РАН Фортов, но и Президиум, и всё научное сообщество прекрасно понимали и знали о том, что реформы нужны. Я не хочу представить академию как белую и пушистую, а российское правительство как исчадие ада. Нет. В том, что происходит, есть и вина академии. Она, конечно, сама виновата в появлении такого законопроекта: вместо самореформирования – 10 лет бездействия.
Фортов до и после избрания его президентом РАН много говорил о необходимости реформы науки. Но когда он встречался с Путиным, попросил дать ему хотя бы полгода, год… «Мы будем проводить реформы и, если я не справлюсь, вы меня уволите» – буквально это его фраза. То есть необходимость реформ, конечно, не являлась неожиданностью ни для Фортова, ни для научного сообщества. Но то, что будет вброшен ТАКОЙ законопроект, думаю, он тоже не ожидал.
– Кстати, никто не признался, кто автор данного законопроекта. Ливанов открещивается…
– Да и вице-премьер Голодец, судя по публикациям в интернете, открещивалась: «Это не я. Вы, извините, меня заставили». А Ливанов сидел как немой…
Законопроект по заявлению правительства направлен на повышение эффективности науки и разработан в интересах развития научного сообщества и страны в целом. Но в нем говорится лишь о членах РАН, РАМН, РАСХН, коих порядка 2000, а о научном сообществе, об АРМИИ работников науки (будем употреблять военную лексику вслед за президентом, организовавшим Народный ФРОНТ) в количестве нескольких СОТЕН ТЫСЯЧ человек не говорится НИЧЕГО. То есть «демократически избранная» Дума и утвержденное ею правительство объявляют ВОЙНУ интеллектуальной АРМИИ народа.
– Что подразумевают наши чиновники под эффективностью науки?
– Рейтинг публикаций. Сколько опубликовано работ. Даже не в российской печати, а в зарубежной! Вспомним важное обстоятельство. Наиболее успешные проекты, благодаря которым Академия наук СССР внесла решающий вклад в безопасность, обороноспособность и жизнеобеспечение страны: ядерный, ракетный и космический, – не публиковались вообще!
С чего начинался ядерный проект? В 30-е годы молодой физик Георгий Флёров заметил резкое исчезновение ранее очень широко публикующихся в международной печати статей по ядерной физике. Он обратил на это внимание директора Ленинградского физико-технического института академика Иоффе. Абрам Фёдорович собрал целую группу специалистов в области ядерной физики, и ученые поняли, что эти фундаментальные научные исследования подошли к уровню, когда они могут дать прикладной результат. Абрам Фёдорович как раз в конце 30-х годов написал знаменитое письмо Сталину. Руководитель страны принял решение, и тогда были заложены основы советского ядерного проекта, который в результате дал и ядерную бомбу, и мирный атом, и прочее. Самое главное – обезопасил страну и весь мир от ядерной катастрофы.
Я повторяю: первопричиной организации этих проектов в СССР было не повышение публикационной активности, а наоборот – исчезновение публикаций. Страна свои наиболее значимые в практическом отношении научные результаты не должна публиковать – их надо реализовать в собственной экономике, оборонной отрасли, социальной сфере.
На чем поднялась экономика Японии? Ресурсов природных не было, научный потенциал тоже был очень слабый. Что сделали японцы? Они создали группу ученых и экономистов, которые пристально начали отслеживать научные публикации в мировой печати. Сложилась политика промышленного шпионажа. Либо закупали патенты, либо перехватывали открытия, новинки и оформляли под себя. Все эти факты говорят о том, что активность в отношении публикаций должна быть очень разумной. Ни в коем случае нельзя этот показатель делать приоритетным или единственным для оценки эффективности науки.
— Ко второму чтению содержание закона якобы кардинально изменилось…
– Это ложь. У нас есть текст законопроекта в таком виде, в котором он был вброшен в Думу. Я не употребляю глагол «внесен», потому что он именно нехорошим образом вброшен. И есть текст закона после принятия его во втором чтении. Основные положения остаются неизменными – это отчуждение институтов РАН от собственного имущества, земли и финансовых потоков, а членов академии – от институтов. Аргумент о «неэффективности управления академией своим имуществом» не выдерживает никакой критики. Если сравнить эффективность использования имущества, земли, финансовых потоков Академией наук, с одной стороны, и таких правительственных проектов в области инноваций, как Роснано или «Сколково», с другой стороны, – сравнение явно в пользу академии.
Более того, у последних эффективность не то что нулевая – она отрицательная. Целая череда уголовных дел возбуждена в отношении них по результатам работы Счетной палаты. Но почему-то вопрос об отчуждении имущества и финансов от Роснано и «Сколково» не возникает… Наоборот, Чубайсу, кажется, уже разрешают приватизировать структуры Роснано.
Сейчас при РАН фактически пытаются создать некий аналог «Рособоронсервиса» – «Академсервис». Как иногда в наших кругах шутят: «Для г-жи Васильевой, которая находится под фиктивным домашним арестом, видимо, надо создать новое поле деятельности». Не удивлюсь, если через три года она окажется в числе ведущих сотрудников как раз этого самого предполагаемого агентства – управления имуществом РАН. Надо же ей очертить новый фронт работ!
– Академическая реформа коснется нашей республики?
– Если законопроект в таком виде будет принят, то, конечно, коснется. В нем предусматривается ликвидация не только научных центров как юридических лиц, но и региональных отделений РАН. Сибирское отделение РАН, созданное усилиями всей страны под руководством легендарного академика М.А. Лаврентьева, обречено на ликвидацию. Это значит, всё финансирование институтов пойдет уже напрямую из Москвы. Мы прекрасно понимаем, что такая система финансирования не позволит работать той системе институтов, которые сегодня существуют в рамках Якутского научного центра СО РАН, а это восемь академических институтов не только результативно работающих в фундаментальной и прикладной науке, но и очень востребованных инновационно развивающимися отраслями хозяйства.
— Как вы относитесь к навязыванию идеи переноса научных центров под крыло университетов? В чем здесь принципиальная разница?
– Разница здесь огромная. Я представляю уровень и структуру наших ведущих вузов и могу сказать: в стране лишь 10–15 университетов, в которых укрепление научной структуры действительно может дать инновационный эффект. Это МГУ им. Ломоносова, Санкт-Петербургский, Новосибирский университеты, МИФИ, МФТИЮ, Бауманский институт, Приволжский и Дальневосточный университеты. Во всех остальных университетах, включая и наш Северо-Восточный федеральный университет, до сих пор не сложился научный потенциал. Самая главная причина кризиса в научном мире (не только в России, но и во всем мире) даже не проблемы с финансированием или новейшим научным оборудованием – а КРИЗИС ИДЕЙ.
Генератором идей до сегодняшнего дня остается РАН. И если часть институтов будет передана в вузовскую структуру, это приведет только к одному – не усилит интеллектуальный, кадровый потенциал вузовской науки, а резко ослабит потенциал академической науки. Благодаря Петру Первому (исполнилось 389 лет со дня основания РАН) Россия, Советский Союз на международном уровне оказались в весьма выгодном положении – у нас в стране, помимо вузовской науки, есть наука академическая – как основной локомотив действительно реального научно-технического прогресса. Во многих странах, включая США, академический сектор науки слабо развит, в основном она сосредоточена в вузах. США выручает то, что там есть мощные корпорации типа «Генералэлектрик» и подобные ему, которые тратят средства на науку, создавая в своих недрах мощные научные структуры.
Самое оптимальное распределение функций в области науки было в Советском Союзе. Существовала вузовская наука, тесно связанная с академической, причем на всех уровнях, и не только в Москве, Ленинграде и Новосибирске, но и у нас, в Якутске. Якутский госуниверситет работал в тесном контакте с нашими институтами Якутского филиала СО РАН, то есть существовали вузовская наука, академическая наука и отраслевая наука.
Многие беды (в том числе и одна из причин наезда высшего руководства страны на РАН) связаны с тем, что за прошедшие четверть века развалили отраслевую науку. Функции, которые раньше выполнялись отраслевой наукой, возложили на Академию наук. В СССР действовал Госкомитет по науке и технике не при министерстве или не при каком-то там агентстве, а при Совете Министров СССР. И этот государственный орган осуществлял главное – координацию между академической и отраслевой наукой, с одной стороны, и непосредственно предприятиями, являющимися потребителями научной продукции, с другой стороны.
Получить гранты Госкомитета по науке и технике при СМ СССР было очень ответственно. Это означало пристальное внимание и заинтересованность государства в твоей научной работе, в использовании ее результатов на практике. Потому что мы знали: наши результаты напрямую пойдут в производство. В нынешней России этот орган ликвидирован. Вместо него создали (это просто пародия) министерство по образованию и науке, которое решает проблемы начиная от детского сада и кончая академической наукой. Причем это министерство не имеет выхода и контактов с реальными отраслями экономики.
В отсутствие государственного органа, обеспечивающего взаимодействие академической науки с отраслями промышленности, даже имея огромное количество очень эффективных научных разработок, нужных соответствующим отраслям промышленности, РАН, РАСХН, РАМН в принципе не могут обеспечить их внедрение в народное хозяйство, тем более в те отрасли, которые структурно оказались раздробленными, – например в сельское хозяйство или медицину, которые в значительной степени стали в стране частными. Поэтому и затормозились полностью процессы инновационного развития.
– Почему институты должны остаться академическими, а не передаваться в сферу отраслевой науки?
– Да потому, что академические институты отличаются от отраслевых тем, что выдают разработки, эффективно применяемые в разных отраслях. Например, если взять институты ЯНЦ СО РАН: Институт горного дела Севера работает в интересах не только горнодобывающих предприятий, но и в интересах МЧС и других отраслей; в ведении Института мерзлотоведения – все сферы, обеспечивающие жизнедеятельность в условиях вечной мерзлоты; Институт биологических проблем криолитозоны дает свои разработки в экологию, биотехнологическое производство, сельское хозяйство, медицину; ИКФИА работает на экологию, МЧС и т.д.; ИФТПС – на все сферы работы техники в экстремальных климатических условиях, включая ЖКХ и т.п.
– А не выручит ли «Сколково»?
– В Уставе «Сколкова» записано, что эта структура не может работать с бюджетными научными учреждениями. Она может работать только с частными предпринимателями на ниве науки.
В прошлом году в Якутск на семинар приезжало руководство фонда «Сколково». Мы общались, задавали вопросы. Нам четко ответили: «Мы не можем работать с институтами. Только если они создадут малые инновационные предприятия, причем там доля бюджетного финансирования и доля участия института будут минимальной. Более того, ученые – генераторы идей, разработчики – должны уйти из науки. Только тогда мы с ними будем работать».
Учитывая всё это, «Сколково» надо воспринимать не как инструмент инновационного развития, а – наоборот – как орудие окончательного разрушения науки, как орудие оттока наиболее талантливых мозгов из науки. Это инструмент разрушения российской науки. Цель «Сколкова» – развалить атрибут, последний фактор России как великой державы.
Я оцениваю это только так. А законопроект о реформе академии – это своего рода последняя точка. Но, тем не менее, я оптимист, и это благодаря очень четкой реакции фракции КПРФ в Госдуме. Когда начались нападки на РАН, в газете «Наука в Сибири» был размещен плакат «Родина-мать зовет!». Считаю, что Родина находится в критическом положении. И это действительно так. Если страна позволит реализовать законопроект о реформе РАН. Но очень надеюсь, что этого не произойдет.
Законопроект в данном виде надо полностью отвергать, так как он ни в одном своем положении не соответствует интересам науки и страны, а направлен на разграбление НАРОДНОГО достояния. Видимо, авторам совершенно наплевать на науку, как, впрочем, и на безопасность и жизнедеятельность страны.
Вместо него должен быть разработан совершенно другой законопроект, где во главу угла будет поставлена оценка эффективности науки не по публикационной активности, а по успешной реализации инновационных проектов в экономике и социальной сфере. Наука должна выработать такие проекты, которые по значимости стояли бы в одном ряду с ядерным, ракетным, космическим проектами. И наука – РАН, РА медицинских наук, Российская академия сельхознаук – на самом деле имеет подобные наработки.
Что сдерживает? Проблема в их внедрении в отрасли экономики. Акционерные, частные производства зачастую не заинтересованы в научно-техническом перевооружении (им и так хорошо, особенно монополистам), а управления этим процессом, стимулов для его интенсификации со стороны государства и законодателей НЕТ.
Следует задуматься об организации структуры, связывающей науку с отраслями промышленности, сельского хозяйства, социальной сферы, которая способствовала бы ускоренному и наиболее эффективному внедрению практических результатов научной деятельности в жизнь страны. И это должно составить смысловое ядро законопроекта, а не отчуждение науки от имущества, земли и финансов. Считаю, если процесс обсуждения законопроекта о реформе РАН пойдет в этом русле, тогда будет польза и толк. Это мое глубокое убеждение.
Еще раз подчеркну, что видоизменять законопроект совершенно бессмысленно. Он порочен в самой своей основе. Там порочная идея заложена как фундамент этого законопроекта. Его надо только снимать и вместо него формулировать принципиально новый законопроект, направленный именно на развитие науки в интересах страны.
Беседу вела
Галина МОХНАЧЕВСКАЯ
г. Якутск