Информация о материале

Автор: Пресс-служба Якутского рескома КПРФ

Категория: Главные новости

Создано: 02 октября 2015

РФА-ИНВЕСТ ОБЪЯВИТ ДЕФОЛТ?

ИГ "В Якутии.ру"

По всей видимости, в республике назревает определенный финансовый скандал. По данным, поступившим в ИГ «В Якутии.ру», он может быть связан с деятельностью ОАО Инвестиционно-финансовая компания «РФА-Инвест», которое некогда возглавлял нынешний министр финансов РС(Я) Валерий Жондоров.

«Вероятно, в скором времени РФА-Инвест может объявить дефолт, из-за чего могут быть не оплачены выпущенные им в свое время облигационные займы. В итоге требования держателей облигаций могут быть предъявлены гарантам. Сегодня прогноз по облигациям РФА-Инвест оценивается как «негативный»», - сообщают нам источники, близкие к республиканским властям.

ОАО ИФ «РФА-Инвест» было создано в октябре 2005 года. В 2006 году компания получила лицензии на ведение брокерской и дилерской деятельности, доверительное управление ценными бумагами.

Основной акционер компании (49 % акций) — ГУП «Комитет по драгоценным камням и металлам Республики Саха (Якутия)». Одно из ключевых направлений работы — инвестиции в строительство. ИФК «РФА-Инвест» — исполнитель республиканской целевой программы «Жилище».

***

Дефо́лт (англ. default — невыполнение обязательств) — невыполнение договора займа, то есть неоплата своевременно процентов или основного долга по долговым обязательствам или по условиям договора о выпуске облигационного займа.

Дефолт может объявляться как компаниями, частными лицами, так и государствами («суверенный дефолт»), неспособными обслуживать все или часть своих обязательств.

2015-10-02 03:48:37

Информация о материале

Автор: Пресс-служба Якутского рескома КПРФ

Категория: Главные новости

Создано: 02 октября 2015

Афганские войска пытаются отбить город Кундуз у талибов

Афганские военные начали контрнаступление на город Кундуз, захваченный талибами.  Как сообщило Министерство обороны Афганистана, под Кундуз были переброшены свежие силы, после чего усиленная группировка правительственных войск атаковала город. Военные уже доложили о захвате тюрьмы и здания полицейского управления провинции Кундуз. С воздуха наступление прикрывает американская авиация: ВВС США наносят удары по позициям талибов на окраинах города, расчищая путь афганским солдатам. Об участии в операции американских наземных сил не сообщается.

Боевики движения «Талибан» захватили город Кундуз на севере Афганистана в понедельник, 28 сентября. В момент атаки большинство армейских и полицейских подразделений находились за городом, губернатор провинции Кундуз Мухаммед Омер Сафи – в Таджикистане, а все руководство силовиков – в Кабуле. Боевики взяли под контроль ключевые пункты на подходах к Кундузу, после чего принялись планомерно зачищать город, отбивая все контратаки правительственных войск.

Кундуз – центр одноименной провинции на севере Афганистана. Город имеет важное стратегическое значение, в 2001 году за него шли ожесточенные бои между войсками Северного альянса и талибами, которые в конце концов потерпели поражение. Город находится всего в 50 км. От границы с Таджикистаном.

Между тем афганские власти возложили вину за попадание Кундуза в руки экстремистов на спецслужбы Пакистана.

Информация о материале

Автор: Пресс-служба Якутского рескома КПРФ

Категория: Главные новости

Создано: 02 октября 2015

Пусть Влад и разбирается

План Обамы по уходу с Ближнего Востока обрел очертания

Зарубежное досье

Когда президент Ирана Хасан Рухани встречался в прошлую пятницу с журналистами в Нью-Йорке, он подчеркнуто заметил, что Иран и Россия не объединяют усилия в составе «коалиции» в Сирии. Они делятся разведывательными сведениями. Они обсуждают стратегию. Они постоянно поддерживают связь. Но коалиция? Нет.

Спустя два дня правительство Ирака тоже объявило, что делится разведывательными сведениями с Россией, Ираном и Сирией. Так что, пожалуй, Рухани выражался буквально, когда отрицал наличие коалиции с Россией – ведь в действительности у Ирана коалиция с Россией, Ираком и Сирией.

Рассказывая о некоалиционной коалиции, Рухани без колебаний подчеркнул, что взгляды Тегерана на ситуацию в Сирии очень близки взглядам русских. Он назвал их «зеркальными». Затем, вспоминая о своей беседе с Владимиром Путиным накануне создания российской военной группировки в Сирии, он рассказал о выраженном российским президентом желании вмешаться в ситуацию в этой стране, дабы начать «более эффективную» кампанию против «Исламского государства».

Более эффективную, чем у кого, спросите вы. (А надо ли спрашивать?) Смысл понятен. Путин, который считает крах в Сирии местной проблемой режима в Дамаске, играющего роль бастиона в борьбе с распространением экстремизма и с его проникновением в российское «подбрюшье», не очень-то высоко оценивает действия против ИГИЛ, которые идут под руководством США. На самом деле, выступая в понедельник в Организации Объединенных Наций, Путин дал понять, что США ничего не делают для борьбы с ИГИЛ, заявив: «Надо, наконец, признать, что кроме правительственных войск президента Асада, а также курдского ополчения в Сирии с «Исламским государством» и другими террористическими организациями реально никто не борется».

Что любопытно, по словам Рухани, Путин рассказал ему, что он во время беседы с американским президентом известил Барака Обаму о своих планах поддать жару. Это вызывает тревогу, потому что Соединенные Штаты были явно не подготовлены к российской эскалации, хотя многое говорило о том, что это случится.

На самом деле, как сообщают различные средства массовой информации, включая Washington Post, Обама до сих пор пытается понять, какой должна быть его следующая полумера в Сирии. Может, ему надо набрать больше твитов из Совета национальной безопасности? А может, выступить с очередной речью о том, насколько плохи у нас варианты действий в этой стране? Естественно, в своем выступлении в ООН в понедельник он не дал никаких ясных ответов – ни о чем. (Если вы его пропустили, вот краткое изложение: «Доброе утро. Кексы. Единороги. Радуга. Путин злой. Большое спасибо».)

Возможно, я несправедлив. Несмотря на то, что наши действия против ИГИЛ явно не дают результата, в том числе и из-за сфабрикованных разведсведений, и что эта экстремистская группировка наращивает силы по многим важным направлениям, вполне может быть, что все это – часть грандиозного плана американского президента. Он хотел уйти из этого региона. Он не хотел вводить туда американские войска. Он хотел, чтобы какая-то страна или группа стран из этого региона приняла эстафетную палочку. И именно этим он теперь занимается.

Путин неоднократно демонстрировал, что он без колебаний направит туда войска (пусть даже периодически он противостоит соблазну посылать свои войска без знаков различия – например, на Украину). Да и Иран не колеблется, расширяя влияние в регионе посредством своей армии, военных советников и боевиков, находящихся на его обеспечении, а также используя имеющиеся в его распоряжении экономические, политические и разведывательные средства. Как сказал один высокопоставленный израильский представитель, правительство Биби Нетаньяху считает, что Иран в последние дни перебросил в Сирию около 1500 военнослужащих. Правительства в Дамаске и Багдаде давно уже стали заложниками благорасположения не таких уж и незнакомцев из Тегерана и Москвы. Все эти игроки считают усиление ИГИЛ и гражданские войны в Сирии и Ираке прямой и серьезной угрозой своим ключевым интересам (в отличие от других региональных игроков, сделавших свои ставки в Сирии, – типа Турции, Саудовской Аравии или Катара).

По этим причинам, а отнюдь не из-за уведомлений Путина, президент Соединенных Штатов со своими советниками должен был знать, что лучше всего его желаниям отвечает эта готовая сражаться с ИГИЛ некоалиционная коалиция. А поскольку Соединенные Штаты в последнее время предпринимают шаги по предоставлению новых полномочий иранцам, и в то же время спускают на тормозах те проблемы, из-за которых мы можем оказаться в еще большей конфронтации по отношению к Путину, Асаду и иракцам, становится понятно, что президент с большим удовольствием дает им возможность поступать так, как они поступают.

Теперь план Обамы становится понятен. Мы уйдем из Сирии и Ирака, оставив их русским и иранцам. Обе эти измученные войной страны находятся в состоянии хаоса. У США нет политической воли для наращивания своего участия. Ну что здесь может пойти не так? Каковы могут быть долговременные последствия, если мы позволим русским и иранцам продолжать свою понятную и пока успешную стратегию по расширению влияния в собственном общем географическом окружении?

Эта стратегия заключается в содействии расколу у соседей, чтобы затем прийти и усилить свое влияние на них, одновременно ослабив их оппонентов. Благодаря такому подходу Россия получила часть территорий Грузии и Украины. Этим объясняется ее демонстрация силы в Белоруссии и Прибалтике. Используя такую тактику, Иран усиливает свое влияние от Ливана до Йемена (не говоря уже о Сирии и Ираке).

Неважно, что Россия агрессивно позиционирует себя в качестве соперника США во всем мире, а у Путина из-за экономических и демографических бедствий внутри страны есть всего один козырь, чтобы сохранять 80-процентные рейтинги популярности: возрождение «российского величия» посредством агрессии за рубежом. Неважно, что он душит демократию, серьезно увеличивает военные расходы, модернизирует ядерные силы и нагнетает военную истерию. Неважно, что разрушается ключевой баланс между шиитами и суннитами на Ближнем Востоке, и что сунниты терпят одну неудачу за другой (во многом по собственной вине). Неважно, что буквально на каждое поражение суннитов приходится победа иранцев. Неважно, что Иран и Россия это самые опасные игроки в мире, и что встревоженный Пентагон включил их в списки своих потенциальных врагов под первыми номерами.

Если в годы Второй мировой войны наши умонастроения сводились к «победе любой ценой», то в годы правления Обамы американским девизом стал «уход любой ценой».

В то время как самозваные «реалисты» приветствуют сдержанность и непревзойденное мастерство президента Иа-Иа в подчеркивании недостатков американских действий, а защитники президента выдвигают несомненно обоснованный аргумент о том, что катастрофическое вторжение в Ирак довело нас до того положения, в котором мы оказались, они упускают из виду один исключительно важный факт. Что сделано, то сделано. Мы там, где мы есть. Давайте признаем, что Ирак был катастрофой. Давайте согласимся с тем, что «арабская весна» стала раной, которую сами себе нанесли режимы, пренебрегшие обязательствами перед своими народами и современностью. Давайте скажем, что никаких хороших вариантов у нас в Сирии не было.

Когда американский президент оказывается в паршивой ситуации, не имея хороших вариантов действий, мы все равно должны думать о том, как наилучшим образом продвигать американские интересы. (Дурное предчувствие по поводу иностранных боевиков, потоки устремившихся в Европу беженцев, а также стратегические последствия длительного контроля над Ближним Востоком – все это подчеркивает, что у нас все-таки имеются долгосрочные интересы, а аргумент «это не наша проблема» наивен и недальновиден.) «Слишком трудно» и «я не хочу играть» – это неприемлемые ответы, потому что они ведут как раз к тому, что мы получили: врагов, захвативших инициативу и запустивших потенциально перманентный процесс перераспределения власти и влияния в стратегически важном регионе земного шара.

(Между прочим, скоро в этом ряду окажется и Афганистан – еще одно место, где американские планы потерпели полную неудачу. Иран уже пытается усилить свое влияние на Афганистан, поскольку политические междоусобицы в Кабуле, колебания и усиление ИГИЛ создают условия для роста нестабильности в этой измученной стране.)

Кстати, это отнюдь не значит, что российско-иранская команда с легкостью разобьет экстремистов. Я также думаю, что на данный момент их основная цель не в этом. Они стремятся завоевать что-то вроде плацдарма, который гарантирует им важные рычаги влияния на будущее политическое урегулирование в Сирии, если таковое начнется. Они смогут либо сохранить Асада у власти, либо обеспечить ему руководство на весь переходный период, а затем выбрать его преемника или наложить вето на его кандидатуру. Таким образом, обе страны гарантированно получат то, чего им хотелось больше всего, – сохранение своего влияния в Дамаске. Этого требуют их региональные стратегии. А поскольку Соединенные Штаты, Европа, сунниты и даже израильтяне будут довольны таким положением вещей, потому что ИГИЛ будет обуздан, а потоки беженцев иссякнут, есть немало шансов, что российско-иранский гамбит сработает. Они получат то, что хотят, а мир, включая Обаму, назовет это победой.

Поможет ли это аналогичным образом стабилизировать Ирак? Не исключено. Но в чем состоит их цель там: в восстановлении власти Багдада над всей страной или просто над значительной частью ее территории? Что будет, если ИГИЛ оттеснят к иорданской границе, но он сохранит свою активность? Что будет, если в результате интересы суннитов в Ираке будут сведены к минимуму, а иранская угроза странам Персидского залива примет угрожающие размеры? Эти вопросы Вашингтон должен был задать до того, как уступать лидерство тем, у кого нет ценностей Обамы, но есть отсутствующая у него сила воли, чтобы действовать.

Когда недавно на круглом столе в редакции Foreign Policy мои гости дискутировали о том, какой мировой лидер лучше всех укреплял международное влияние своей страны в годы правления Обамы, все закончилось соперничеством за первое место между иранским верховным лидером Али Хаменеи и Путиным. Третье место получил глава квазигосударства Абу Бакр аль-Багдади. Иными словами, главными победителями стали враги США, которые воспользовались нерешительностью, недальновидностью и разобщенностью западных лидеров для укрепления собственного положения и позиций тех стран или образований, которые они представляют.

Но на круглом столе не было никакой узкопартийной пристрастности. Два участника (я и Роза Брукс) работали в демократических администрациях. Наша беседа, какой бы она ни была, стала признанием наиболее тревожных элементов по внешней политике Обамы. В геополитике, как и в физике, природа не терпит вакуума.

Дэвид РОТКОПФ,

Foreign Policy (США)

Информация о материале

Автор: Пресс-служба Якутского рескома КПРФ

Категория: Главные новости

Создано: 01 октября 2015

Приехавших в Германию беженцев поселили в Бухенвальде

Информация о материале

Автор: Пресс-служба Якутского рескома КПРФ

Категория: Главные новости

Создано: 01 октября 2015

Заявление Социалистического Движения Казахстана о запрете

Коммунистической партии Казахстана

3 августа в специализированном экономическом суде города Алматы было принято решение о ликвидации старейшей Коммунистической партии Казахстана (КПК), что является знаковым и поворотным событием в политической истории страны. КПК также была последней оппозиционной партией, которая не являлась партией саттелитом нынешнего режима.

Ни власти, ни официальная пресса никак не прокомментировали данное решение, да и сама дата запрета КПК выбрана не случайно, а именно в период отпусков и полного политического затишья. Ранее работа партии также тихо была приостановлена 25 декабря прошлого года, аккурат перед новым годом на шесть месяцев. Тогда в стране намечались внеочередные президентские выборы.

Официально КПК была ликвидирована из-за несоответствия ее численности закону «О партиях», якобы из-за того, что в ней состоит тридцать восемь тысяч человек вместо положенных сорока. Хотя ранее партия представляла списки на пятьдесят восемь тысяч членов, министерство юстиции посчитала эти цифры недействительными.

Перед судом чиновники проведи выборочные незаконные проверки отдельных филиалов, а в официальной прессе была развязана кампания против партии. Отдельные провокаторы и агенты КНБ проводили пресс-конференции с требованием закрытия КПК и заявляли о малочисленности региональных отделений партии.

Деятельность КПК уже приостанавливалась в 2011 году перед парламентскими выборами за поддержку забастовки нефтяников Жанаозена и за вхождение в «Народный Фронт», созданный по инициативе запрещенной впоследствии партии «Алга». Затем приостановление продлевалось еще на полгода.

Мы не раз говорили, что стремление властей Казахстана закрыть Компартию, является многолетним курсом, по инициативе лично самого Назарбаева, и в рамках общей политики по борьбе «с тоталитарным наследием», с целью уничтожения организации с коммунистической идеологией в стране.

На сегодняшний момент КПК запрещена именно в преддверие внеочередных выборов в Мажилис Парламента РК, которые ориентировочно пройдут в конце этого года. Во всех регионах уже сформированы новые избирательные комиссии, куда не пустили даже представителей лояльной Общенациональной Социал-демократической партии (ОСДП).

Понятно, что в канун выборов и намеченных конституционных изменений, единственную оппозиционную партию ликвидировали с целью недопущения участия коммунистов в предвыборной кампании. Запрет КПК связан также с усиливающимся социально-экономическим кризисом, сокращениями зарплат, рабочих мест, новыми антисоциальными реформами правительства и общим падением уровня жизни казахстанцев.

Вызывает удивление, что вместо слов поддержки и призыва к международной кампании протеста, зюгановское СКП-КПСС отделалось лишь пространными рекомендациями членам КПК объединяться в одной партии с членами проназарбаевской и искусственно созданной в 2004 году Коммунистической Народной партией Казахстана (КНПК).

Это был бы самоубийственный шаг окончательной самоликвидации. Поэтому мы призываем коммунистов бороться за отмену данного запрета и за возрождение КПК! Никакого доверия косаревской КНПК, созданной властями для подмены и обмана избирателей! Социалистическое Движение Казахстана будет всячески поддерживать данную борьбу и предлагает членам КПК совместный фронт для сопротивления антирабочим планам правительства.

Мы призываем все левые организации и партии провести в своих странах пикеты и акции протеста у дипломатических представительств Казахстана или направить письма и сообщения протеста в адрес администрации президента Назарбаева и его правительства! Требование одно — отменить запрет старейшей Коммунистической партии Казахстана!

Политсовет Социалистического Движения Казахстана